Маша, которая по своей студенческой программе уже вторую неделю под Иерусалимом пытается учить иврит, сказала, что в анкете она писала “русская”. Все писали и я написала, сказала Маша.
Я со “всеми” в консульстве не общался, думал, что коллективное пугливое сознание мне навредит.
Ну и все-таки по еврейским законам я еврей, как ни крути.