От консульства было недалеко до района, где раньше жили мы и жила бабушка, и где находятся всякие ЖЭКи и СОБЕСы. Я для начала пошел в какое-то учреждение по льготам, но там сказали, что дел умерших не держат, идите в СОБЕС.
Собес был через дорогу. Вхожу в дверь – а там огромный стенд с указателями “направо пойдешь” и “налево пойдешь”. Указателя “начальник, взятки” при этом не было – ни направо, ни налево.
Наконец, появилась “местная” женщина и спросила, что мне нужно. Я рассказал.
Она очень удивлялась, ругалась, говорила “они не имеют права такое требовать”, чем их справка не устраивает и так далее.
Я объяснял терпеливо, что справкам они не верят, потому что все можно купить. (Поэтому я должен купить оригинал, ага.) Потом думаю, зря я сказал ей про “все можно купить” – таким образом я как бы сказал, что взяток давать не собираюсь.
Она говорила, что физическим лицам они ксерокопий не делают, не имеют права, а я приводил довод консула – “Это же не КГБ”. Не КГБ, соглашалась женщина, но вот по запросу компетентных органов мы бы сделали все. Вот пусть ваше консульство делает запрос. И вообще у нас срок давности хранения архивов 10 лет.
– И что же, все в компьютерах теперь? – недоверчиво спросил я.
– В компьютерах! – победительным тоном ответила женщина.
Я был ошарашен, но от женщины не отходил. Она тоже как бы не прекращала беседы. Наконец, сказала, что пойдет к начальнице, но вряд ли это что-то даст.
Вышли они вместе минут через 5, как бы забыв уже обо мне и собираясь пройти мимо. Я снова рассказал начальнице, что мне нужно, и она отвечала все то же, что и предыдущая женщина. Я говорил про КГБ, а она про компетентные органы.
Вдруг она сказала – ну ладно, я сейчас схожу, посмотрю.
Наконец-то, подумал я, они будут не вместе, и я смогу начальнице предложить деньги.
Вдруг начальница сыграла, как в плохом кино. Она посмотрела на предыдущюю женщину и сказала:
– Так у нас же срок хранения 10 лет! Помнишь, мы в прошлом году все уничтожили?
Я поплелся в ЖЭК.
В ЖЭКе над окошками приема обычных граждан было написано: “Для организации лучшей работы все разговоры записываются”. Я подошел к окошку и спросил, где хранятся домовые книги. “Паспорт давайте,” – ответило окошко. Оно так отвечало на любые другие вопросы.
Я пошел в дверь к начальникам смены. Там продолжилась та же история, что и в собесе – “мы не имеем права; как это не верят справкам, мы за них уголовно отвечаем” и так далее.
Чтобы отделаться, отправили меня к начальнице, которая будет после обеда.
Начальница вбивала что-то в компьютер и не поднимала глаз. Я рассказывал, что мне нужно.
Начальница так удивилась, что посмотрела на меня. “Мы не даем копии физическим лицам. Пусть они делают запрос…“
Я опять объясняю, что они не будут делать запрос, добывайте, говорят, как хотите.
– Да вы вообще знаете, как выгляит домовая книга! – взорвалась начальница.
– Нет, – сказал я. Консулу утром на тот же вопрос я отвечал положительно.
Начальница вылетела из кабинета, резко открыла шкаф в коридоре: – Вот как!
Я был в восторге. В шкафу стояли тома старых, уже даже не желтых, а коричневых листов.
– Это то, о чем они мечтают!
– Так вот они этого не получат! – закричала начальница.
Кажется, взятку в такой обстановке предлагать бессмыленно.