А эти шоколадки продавались в лавке сладостей рядом с рынком по 10 шекелей за две штуки, потому что у них кончается срок годности. Измаил сказал, что он покупает их по 10 шекелей за каждую.
October, 2007 Archives
Хлеб продается в очень вкусной пекарне, но очень дорогой. 13 шекелей стоил этот, и там есть и дороже.
Хумуса чуть больше чем полкило на 11.50.
Шоколадные штуки и масло – 5.50 и 6.
Яйца на рынке за 18 шекелей.
То было вчера, а это сегодня предшабатние закупки. В шабат рынок не работает. Помидоры и огурцы – по 5 шекелей килограмм, всего на 8 шекелей. Лук не помню, что-то около двух шекелей за эти две луковицы, а перец подарил Слава.
Вот этот хлеб делают в соседнем доме. Стоит 4.50.
Эти сыры мы купили в магазине, где все говорят по-русски. Продавщицы издевались над нами, а мы над ними – “ну раз так, то отрежьте нам по 100 грамм каждого сыра”. Творог стоил 14,13 за 710 грамм (19,90 килограмм), а копченый сыр – 8,54 за 214 грамм (39,90 за килограмм).
Это был самый веселый магазин сегодня. Называется “Пять братьев плюс” (по-русски). Начали мы с мяса.
– Мне бы… – начал Рома.
– А оно вам надо? – сказала женщина-мясник. – Возьмите антрекот и не морочьте голову.
Мясо с костью, которое мы взяли, потому что оно не было сильно заморожено и его не пришлось бы тушить три с половиной часа, как грозилась мясник, стоило 25,46 за 638 грамм (39,90 за килограмм).
– Будете проходить мимо, заходите поругаться насчет мяса, – сказала на прощание мясник.
Пряники – 7.40 (простите), кефир – 5.15, сметана – не помню, кажется по 2.15.
Еще благодаря помощи Н. открыл счет в банке. Русскоязычная барышня сказала, чтобы я к ней приходил завтра утром, поэтому мы пошли к ивритоязычной, и Н. переводила: “распишитесь здесь”. И здесь. И здесь. Я раписался на тысяче бумажек и три раза в компьютере, и в результате все эти бумажки дали мне в большой папке. Еще я завел карточку виза и интернет-банкинг, в который сейчас не смог войти, потому что ни фига непонятно.
Кстати, к счету для новых репатриантов в подарок прилагается русско-ивритский словарь, хахаха. Но я его не получил. Надо сходить забрать, ага, пригодится.
Обнаружился сайт Сохнута, посвященный работе – там можно искать вакансии. При этом контактов работодателей нет; чтобы узнать их, связался с Сохнутом.
Через два-три письма перезвонили, стали интересоваться, как я поживаю и записался ли в ульпан. Сказали, что рабочий день у них вообще-то кончился уже, но не жаловались и не злились, просто сказали, извиняясь даже.
Я примерно объяснил, в какой ульпан я записался, но барышня из Сохнута стала меня отговаривать от этого ульпана – “там же только…” – начала она и не закончила, имея, видимо, ввиду, что там одни арабы. Если я хочу действительно говорить на иврите, то есть всего два подходящих мне ульпана, сказала она. Один только по программе, а другой – ульпан Мораша.
В гугле нашелся ульпан Мораша (“наследие”), который действительно хвалят. Он чуть-чуть подальше, но на велосипеде – ерунда.
Аня сказала, что какие-то ее знакомые учились недавно в ульпане и очень довольны. Она им позвонила, и это действительно оказался ульпан Мораша. “Я их ненавижу, – говорят Анины знакомые, – но на иврите теперь разговариваю”.
А контакт работодателя мне дали, только он не отвечает.
В супермаркете сети “Мистер Золь” (“дешевый гражданин”) были куплены:
– хумус с хумусом (в смысле, с самими бобами) – 13,45
– два шоколадных чего-то, 2,89 и 2,31 (там было кстати много одинаковых по чуть-чуть разной цене, которая зависела от срока годности)
– хлеб, 4,15
– орбит, который я забыл сфотографировать, коробочка с двадцатью “подушечками”, 4,25
– шесть всяких шоколадных и прочих булочек, на 8,45 (354 грамма по 23.90)
Все это на 35.50
В том же супермаркете встретили Евгения Дреера, который делает мундштуки (глупо как-то добавлять “ручной работы”, если делает – но тем не менее ручной). Он работает, и живет видимо тоже, в офисе на туристической пешеходной улице Бен-Йегуда. Обладает статусом уличного жителя, или что-то вроде. Дреер не жалуется, а даже позерствует; галантнен с барышнями. Мундштуками хвалится, как гаджетами, при этом, конечно, куда более заслуженно.
Н. вчера помогала мне записаться в больничную кассу, ее почему-то так называют, хотя главное назначение ее наверное все-таки не деньги собирать, а лечить. Н. сказала, что мне нужно получить “золотую” страховку, она чуть дороже, но тем не менее. Но для “золотой” нужно принести бумагу из банка, чтобы тот разрешил автоматическое списание денег со счета, которого у меня нет, и мы из кассы пошли в другую кассу, в банк. В банке в автомате, который выдает номерки есть специальная русская кнопка “олим” (репатрианты), но что-то сломалось и счет завести было нельзя.
Пришлось возвращаться в кассу больничную и заводить обычную страховку пока, которая на полгода оплачена мне, как репатрианту.
При этом Н. платит за “золотую” страховку больше, чем буду платить я, когда на нее перейду (я буду платить, кажется, 40 шекелей в месяц, если не перепутал).
В рамках выполнения обязательной репатриантской программы записался в больничную кассу. В больничную кассу записываются почему-то на почте. Просто говоришь название сети, в которую хочешь записаться, платишь почти двадцать шекелей сбора и все. Первые полгода не то что бесплатны, но оплачиваются министерством абсорбции.
Кстати, в “зале абсорбции” в аэропорту на панно с бегущей строкой рассказывалось, что банк и больничную кассу нужно выбирать только на основании советов самых близких друзей и родственников, и ни в коем случае не слушать рекомендации посторонних людей. Довольно смешно, больничных касс всего три, банков тоже, отделений правда много, это да, сложно выбрать, но чем плохи случайные знакомые? И смешно, но я записываюсь действительно по советам друзей.
Вот то что чуть выше – это малауах, слоеные блины, блюдо йеменских евреев. Его можно просто пожарить с двух сторон, а можно заморочиться. Стоит 14.99. Насколько я помню, очень вкусные, но я ел их в апреле на голодный желудок, посмотрим, как будет сейчас.
А ниже – баклажанный салат “со вкусом печенки”, или как-то так. Стоит 59,90 за килограмм, в банке этой 306 грамм, на 18.33. Мне не очень понравился.