Дневник репатрианта

Мне тут все говорят – ну да, помним, ты приезжал в прошлом году.
В каком, удивляюсь, прошлом, я же в апреле приезжал?

Оказывается – в еврейском прошлом году.

Вчера записали меня в ульпан – здесь недалеко, на велосипеде две минуты, пешком 10. Занятия только с 4 ноября, так что пока я буду обживаться.
Посмотрели на тех, кто учится – на 20 арабов трое русских.

Пока не начался шаббат, сбегал на рынок Махане-Йегуда за покупками.

Сначала в минимаркете купил

• шоколадное молоко
• три шоколадных йогурта
• макароны
• котлеты, которые оказались соевыми, или какой-то такой гадостью

И все это на 61.60 шекеля, то есть на 370 рублей.
Потом еще хлеба на пять шекелей и полкило хумуса на 10.
Итого: 76.60 шекелей.

Я и удостоверение репатрианта. » Continue Reading…

Когда мои 9 сумок, кофров, рюкзаков и чемоданов разложили на металлических столах, чтобы обыскивать, я не удивился. Меня даже узнали, мы вас, говорят, уже обыскивали, помним-помним. Я, может, и не узнал, но за эти несколько часов запомнил их всех на всю жизнь.
Некоторые сумки они обыскивали при мне синей палочкой, а некоторые почему-то уносили в сканер куда-то. Если что-то уносили в сканер, то оно уже не возвращалось. Так я лишился одного источника света из двух, бритвы, автомобильного инвертера, планшетного сканера и мыши майроскофт с дизайном от Старка. Еще им не понравилась Хольга, точнее та из двух хольг, у которой вспышка, какая-то она подозрительная.
Все это осталось на месяц у них в камере хранения, я могу в любой момент до 8 утра или после часу дня приехать и забрать.
Я пытался узнать у “самого главного”, в чем дело, но он еле-еле говорил по-русски, и все упоминал, что “ничего личного”, это техника просто нашла что-то в моих вещах такое.
Попутно задержали рейс на пару часов и раздали талоны на питание, но меня так долго обыскивали, что мне даже талонов не досталось. Потом, правда, рейс задержали еще на пару часов и меня таки накормили.
Сам полет был обыкновенный, я спал всю дорогу с перерывом на невкусную еду, даже хумус невкусный был. Вот когда уже приземлились, началось веселье. Русские, конечно, повскакивали и стали вещи доставать, хотя самолет еще не остановился, и пилот их стал унимать на трогательно корявом русском: “Дама, сиди! Господин, сиди!” Но господа и дамы не садились, и израильский пилот удивлялся этому совершенно по-одесски: “Шо такое?!” Весь самолет аплодировал.
После прохождения паспортного контроля всех репатриантов вывели на улицу к автобусу. Землю целовать никто не стал, но вообще на улице хорошо, приятное такое тепло. В аэропорту пахнет как-то как будто дома у Ромы, а иногда какими-то специями. Вкусно. Вообще в пределах аэропорта все очень похоже на Дубай, я даже путать начал, но все же приятнее гораздо. Одни женщины чего стоят…
Автобус увез в корпус министерства абсорбции, там кабинки, как у таможенников, но вместо “Foreign passport” написано “Шалом олим” – привет, в смысле, репатрианты. Кабинки, впрочем, пустуют, и вообще все пустует, только на втором этаже “Зал абсорбции” наполнили нами, репатриантами. Зал очень смешной, со стульями как в театре, со столиками как в дешевом кафе, с табличками “Добро пожаловать домой” на шести экзотических языках и с выцветшими красотами Израиля на стенах. Красоты сняты с воздуха, и указано не только авторство фотографий, но и имя пилота.
Специальная женщина перед тем как начать оформление документов сказала речь про это самое оформление документов. Речь она завершила так: “Очень надеемся, – да нет, уверены! – что вы будете здоровы, счастливы и богаты”. Раздались жидкие аплодисменты.
Через два с половиной часа все мы были гораздо ближе к тому, чтобы быть здоровыми, счастливыми и богатыми – мы имели направление на бесплатные полгода медицинской страховки, на получение удостоверения израильтянина и по конверту с примерно четырехстами баксами.
Автобус отвез нас обратно в аэропорт, мы забрали багаж, который все это время мирно ждал нас, и даже ноутбук никогда не пропал, и стали ждать, пока нас посадят на такси.
Пока ждали, я рассмотрел напоследок всех новых репатриантов. Были две пожилые пары, две семьи с десятилетними детьми, несколько одиночек – мужчин под пятьдесят и женщин еще старше. Моего возраста была разве что барышня с мамой и папой, но все же младше лет на 5-7, она истерила, мол что же это такое, как же мы будем искать министерство абсорбции, кто же поможет нам найти почту, они обязаны помогать нам все время.
А я вспомнил, что забыл все – путеводители, карты. Пойти, что ли, в тот арабский книжный и купить лонели плэнет за 60 баксов.
Первый таксист пришел сразу за мной, он сказал с акцентом – Pavlov! – и я отозвался – да! – но он говорил только на иврите и английском. Таксист очень удивился, что у меня всего одна тележка вещей, он думал, что раз у меня 10 мест багажа, то это займет весь его фиат-пикап. По дороге он спросил, репатриант ли я, и произнес коротенькую речь насчет Wellcome, и пусть “тихо-тихо” (он так и сказал по-русски) приезжают мама-папа.

Я вообще-то уже в Иерусалиме, с удостоверением репатрианта на руках.
Но вот что мне писали в блог пять дней назад:

Никита, у тебя ещё есть несколько дней, чтобы одуматься!

На дворе заканчивается год 2007, а ты добровольно лишаешь себя
всех достоинств цивилизации, и отправляешься в ссылку, в маленький провинциальный
городок, в год так эдак 77, только прошлого столетия, из которого нет пути назад.
Там абсолютно не хотят ни понимать, ни слышать об искусстве, — как классическом,
так и современном. Более того, само существование этого государства подсознательно, но активно
отрицает любую из чуждых ему культур, порицая и подвергая остракизму и насмешкам.
А кроме ношения чёрного лапсердака, ему чуждо ВСЁ, на самом деле.
Поверь, что ты не попадешь в страну, населённую благообразными иудеями петербургского и московского
происхождения,– нет, ты их даже здесь не заметишь при помощи лупы.
Тебе придётся бороться ежедневно, а через несколько лет — и ежечасно, с повсеместным присутствием местечкового “общества”, сефардского Востока, арабской ментальности и невыносимого климата,
которые все вместе и по-отдельности, уничтожат весь твой творческий потенциал и источники вдохновения.
Зависть, примитивизм, ментальное косноязычие, и ещё раз — зависть этого общества,– всё это поглотит тебя, и вовсе не даст тебе двигаться вверх, вглубь и вширь…
О финансовой подоплёке, я даже и заикаться не стану: у меня буквы просто застревают в гортани от!

Одумайся, Никита, ещё есть время!

Хочу продолжать принимать звонки со своего московского мобильного номера в Израиле. Ну мало ли, вдруг позовут на съемку, бюджет которой окупит поездку в Россию. Собственно, любая трехсотбаксовая съемка окупит, если будут недорогие билеты.
Переадресация МТС – Израиль стоит 70 рублей, так что не подходит.
Можно купить “Базу офис”. Подключение 500 рублей, абонентская плата 150 рублей в месяц. Ставишь на нее переадресацию с МТС – 5 рублей каждая минута, а с нее – переадресацию на израильский мобильный, 3,90 рублей минута. То есть в сумме – 8 рублей 90 копеек каждая минута, и еще 150р в месяц. И подключение.
Или – “тревел-карта” Extell с московским номером. За 1500 рублей на счету 50 баксов, которые расходуются так: входящий звонок в Израиле – 0,35 центов (9,1 рублей), исходящий – куда угодно – 13,5 рублей. То есть я ставлю с МТС переадресацию на эту карту, а с этой карты – на израильский номер. Итого каждая входящая минута мне обходится в 27,6 рублей. Никакой абонентской платы, подключение стоит, считай, 200 рублей.
То есть на 1500 рублей extell’а можно наговорить на 47 минут (округление там, кстати, минутное). На 1500 рублей базы офис – зависит от того, за сколько месяцев эти деньги расходуются. Три месяца – 61 минута, а шесть, например – только 11, потому что все съедает абонентская плата.
Вывод – если говорить мало, выгоднее Extell. Если много – База Офис.

Может, есть еще какие-то варианты, о которых я не подозреваю?