Вернулся
Поездка оказалась неожиданно травматичной. И не Эстония, конечно, нет. Эстония великолепна, чиста, аккуратна и приятна глазу, куда ни посмотри – люди, одежда, машины, еда, природа … Но об этом, возможно, я напишу позже. Травматичным оказалось возвращение домой. Обычно мне всегда было очень приятно возвращаться в Израиль, где бы я ни был – хотя летал я мало, намного меньше остальныx. Но на этот раз – после аккуратного, спокойного, и стильного Таллинна наш Ближний Восток стал резать мне глаза и уши, как никогда. Наши города, напоминающие одну сплошную тоскливую промзону. Наш настолько любимый всеми Тель-Авив, в котором мусор валяется просто на улицах, а сами улицы и дома уродливы донельзя (особенно Флорентин, который многими считается культовым районом, но ведь выглядит помойка-помойкой и прости меня, Марика). Наши дорогие израильтяне, которые считают своим долгом спорить, ругаться да и просто общаться между собой так, чтобы вся улица слышала (кричать с последнего этажа людям внизу – что может быть удобней). А также считающие подчёркнутое хамство по отношению друг к другу (на улице и на дороге) истинным проявлением свободы (главное не быть фраером). Наши, блядь, горячо любимые шлёпанцы и кроксы, в которых лично я либо мою полы, либо гуляю с собакой, но которые носит полстраны (в том числе и на работу) и считает эти гавнодавы практичными и удобными. Наш стиль “зарук”, где очень принято носить все те же шлёпки, жёванные шорты и майку с лифчиком наружу – зато, опять же, практично и удобно. И чтоб пол-жопы торчало всем на вид.
За долгое пребывание здесь я привык ко всему этому и редко раздражался так сильно нашей ближне-восточной действительностью. Но сейчас увидел как можно по-другому. Где девушки неизменно красивы, элегантны и стильно одеты, где города радуют глаз (чистотой, архитектурой, внешним видом), где люди ведут себя на улице сдержанно и никто не орёт и не ставит свою машину поперёк дороги, потому что так захотелось. Где лес – это лес и за ним не надо ехать два часа на север. Где кинотеатр поражает своей продуманностью, размерами и красотой, а узнав что построен он вообще-то 10 лет назад – становится особенно стыдно за наш Yes Planet, который ему и в подмётки не годится.
В общем, вернуться домой было неприятно. Хочу туда.
Вот чего я никак не приучусь делать – в магазинах и забегаловках, где нет цен, спрашивать стоимость до того, как что-то закажу или начну платить.
Потому что в таких случаях тут явно называют цены раза в два выше, а у меня уже не хватает тормозов остановиться и не платить.
Сегодня ступил таким образом два раза за пять минут.
Сегодня – ну то есть с вечера 9 августа до вечера 10 августа – пост дня девятого ава. Ав – это месяц, и девятого числа этого месяца произошло много печальных событий – начались 40 лет скитания, были разрушены оба Храма, начался первый крестовый поход и так далее – вплоть до наших дней.
Обычно во время поста желают “легкого поста” – но не 9 ава.
9 ава (то есть почти сутки) нельзя есть и пить, работать и заниматься сексом, даже Тору учить нельзя. Девятого ава принято ходить к Стене Плача – даже сейчас, в три ночи, там много народу.
А для тех, кто пост не соблюдает, 9 ава выражается в том, что в Иерусалиме вечером буквально некуда сходить – все заведения, даже бар Putin, закрыты – работают разве что три круглосуточных магазинчика и мясной фастфуд.
В тель-авивском аэропорту меня останавливала вся охрана, которая там была. Сначала, еще до паспортного контроля, остановила барышня и задала философский вопрос:
– Ты живешь в Израиле?
Я задумался. Потом выдавил – кен. Да, типа. Раз приехал, значит, наверное, живу.
– А в каком городе?
Я долго вспоминал, как на иврите будет Иерусалим. Вспомнил. Меня отпустили.
Потом когда я только приготовился совершить рывок по зеленому коридору, меня остановил парень и сказал, что он из охраны и ищет – тут он назвал какое-то слово на иврите, которого я не знал.
– Чего, говорю?
– Ну вот это вот, чего же непонятного! – он опять назвал незнакомое слово на иврите.
– А что это такое?
– Да наркотики же!
Только я от него избавился, как попал в лапы таможенников. Их, конечно, очень заинтересовал мой 22-дюймовый монитор. Они надеялись, что это телевизор. Они очень любят репатриантов, которые везут огромные телевизоры – на огромные телевизоры полагаются огромные налоги.
Они спросили, за сколько я его купил. Триста баксов, говорю, и вообще он юзаный (ага, модель за 600$, которой еще даже в Израиле нет). И, кстати, говорите на английском или на русском, я ни хрена не понимаю.
Нет, голубчик, давай на иврите. Что, не можешь? Только приехал, да? Знаем, типа, таких.
В конце концов они прямо спросили: ну скажи, это телевизор? Да нет же, говорю, монитор. А нафига тебе такой большой? Так я же фотограф, это мой рабочий инструмент. (То что я фотограф они убедились с легкостью – больше дураков столько фотографической техники на себе таскать нет.) И что, это совсем-совсем не телевизор? Ну ладно, говорят, иди, но в следующий раз с таким прошу пожаловать через красный коридор.
Накачал на torrents.ru израильского кина. Амос Гитай сначала как-то не пошел у Пети и Кати (им я пытался показать “Свободную зону”), а потом не очень-то пошел и уменя (“Киппур” начинается очень круто, а как только они доезжают уже до войны и начинают копаться в отрубленных руках и грязи – нууу…)
То ли дело простые фильмы о наших, русских – “Друзья Яны” там или “Семейство Шварц” со скандально уже известной Аней Букштейн.
“Ушпизин” тоже смешное кино, жалко кончается так неинтересно.
Круче всех пока что “Застывшие дни” – чуть-чуть студенческо выглядит, но все-таки – кино.
Пурим самый веселый праздник, разве что День Независимости похож на него – но он не настолько массовый. На Пурим все, даже продавцы на рынке, просто обязаны переодеться в кого-нибудь. Сначала это были герои истории про Эстер, Амана и Мордехая, но сейчас это может быть кто угодно – хоть Дед Мороз. Поскольку уже тепло, на улицах все прямо так с утра в костюмах и разукрашенные и ходят.
Самая популярная одежда – футболка супермена. Самый популярный головной убор у мужчин – парик. Евреи рано лысеют… Кстати, только на Пурим можно мужчине одевать женскую одежду и наоборот.
Две ночи подряд у нас в Нахлаоте была самая веселая вечеринка в городе. Второй вечер, правда, неофициально, поэтому ее в конце концов разогнали и вытеснили в парк.
